В Музее политической истории открылась выставка о подвигах ленинградцев

У тех, кто вырос в советское время, не было вопросов, кто такие Зина Портнова, Леня Голиков, Валя Котик и Марат Казей. Во время перестройки, как говорится, вместе с водой выплеснули и ребенка: на волне отрицания всего советского романтические образы героев-партизан как-то померкли и потускнели. А большинству представителей современного молодого поколения эти имена и вовсе ни о чем не говорят.


Известный детский писатель Валерий Воскобойников признавался мне, что, готовя несколько лет назад книгу, ему пришлось даже «подкорректировать» подвиг Лени Голикова. Тот, как гласит хрестоматийно известная история, подорвал, подкараулив на шоссе, машину немецкого генерала. После чего, облачившись в его шинель, доставил в отряд генеральский портфель с чрезвычайно ценными документами. Дело, однако, в том, что генерал Рихард фон Виртц, которого партизаны сочли убитым, отнюдь не погиб: уже через два месяца он стал командовать дивизией, после войны прошел через американский плен, прожил потом еще очень долгую жизнь.


– В то же время подвиг Лени Голикова – абсолютно достоверный факт. Что мне пришлось сделать? Я «подправил» эту историю: написал, что генерал просто упал и притворился мертвым. А его шинель юный герой забрал в машине, – рассказал Валерий Воскобойников.


Смотря на те далекие события с позиций сегодняшнего дня, порой очень непросто разобраться в том, что происходило. И почему происходило именно так, а не иначе.


– Взять хотя бы истоки партизанской борьбы, – рассуждает один из участников создания новой выставки, открывшейся в Музее политической истории, старший научный сотрудник Андрей Мисько. – Оккупанты творили страшные злодеяния, и представленная на выставке картина художника Владимира Серова «Здесь прошел враг», запечатлевшая партизан, склонившихся над растерзанными женщинами, – вовсе не преувеличение. Полотно было создано в 1943 году и находилось первоначально в Музее обороны... Так что народ был готов сражаться, и это движение было стихийным. Однако к диверсионным отрядам, которые Москва целенаправленно засылала через линию фронта, люди относились достаточно настороженно.


Да еще оккупанты всячески пытались вбить клин между партизанами и местным населением. К примеру, на выставке можно увидеть немецкую листовку «Давайте поговорим по душам!», написанную от имени некоего Михаила Боброва. Она была обращена к тем, кто ушел в партизанские отряды.


«Ручаюсь, что ни один волос не упадет с вашей головы, – обещал «Михаил Бобров». – Конечно, свое преступление перед Родиной и народом вы должны будете искупить, но для этого вам будет дана возможность трудиться и бороться в наших рядах».


Информационная война была обоюдной: другие листовки, которые тоже есть в экспозиции, обещали прощение тем, кто пошел на службу к оккупантам, – в том случае, если они перейдут на сторону советских войск.


– После Сталинградской битвы и особенно Курской дуги эта агитация действовала весьма успешно, – говорит Мисько. – Достаточно вспомнить о том, что в августе 1943 года в результате спецоперации НКВД на сторону партизан перешли формирования под командованием Владимира Гиля (Родионова) – командира Красной армии, который в начале войны попал в плен и поначалу активно сотрудничал с нацистами. Теперь же он стал командовать сформированной из числа перебежчиков 1-й Антифашистской партизанской бригадой. В результате Гиль-Родионов вошел в историю не как коллаборационист, а как партизан, был посмертно (он погиб в 1944 году) награжден орденом Красной Звезды...


Создатели выставки не обошли стороной и сюжеты, довольно болезненные и для нынешних времен. Известный факт: убийство 22 сентября 1943 года в Минске генерального комиссара Белоруссии Вильгельма Кубе вызвало жесточайшую месть: в тот же день оккупанты расстреляли триста заключенных. То же самое произошло в чешской деревне Лидице (да и не только в ней), уничтоженной карателями в отместку за убийство протектора Богемии и Моравии Рейнхарда Гейдриха. Жителей поселка обвинили в укрывательстве патриотов, совершивших покушение.


– Совершая громкие диверсионные акты в тылу врага, народные мстители нередко становились перед нравственным выбором: они знали, что их действия вызовут ответную реакцию оккупантов. И направлена она будет в первую очередь против тех, кто защитить себя не может, – мирного населения и военнопленных. Но, даже понимая это, поступать иначе они не могли, – отмечает Мисько.


Значительная часть выставки посвящена партизанскому движению Ленинградской области (а она включала нынешнюю Новгородчину и Псковщину): несмотря на все принимаемые врагом меры, по размаху оно уступало разве что только белорусскому. А завершает экспозицию раздел об участии советских граждан в движении Сопротивления. Бежавшие из плена, концлагерей, от насильственных работ советские военнослужащие и гражданские лица сражались в составе повстанченских отрядов и подпольных групп.


Так, ленинградец Анатолий Тарасов в начале войны попал в плен, летом 1943 года бежал и участвовал в итальянском Сопротивлении. Новый плен и новый побег... Вступил в Русский батальон гарибальдийцев. После войны оказался в советских лагерях, потом многие годы работал гравером-художником в типографии Лениздата. Сегодня мемориальная доска в его честь установлена на здании школы № 550 в Торговом переулке, где Тарасов учился. Его имя носит и одна из улиц итальянского города Реджо-нель-Эмилия, почетным гражданином которого его по сей день считают.


Сергей Глезеров

Адрес:

Санкт-Петербург, ул. Куйбышева 2-4

Телефоны:

(812) 233-70-52, (812) 313-61-63

Разработка сайта:

© 2004-2023   Государственный музей политической истории России

Мы используем cookie

Во время посещения сайта ГОСУДАРСТВЕННОГО МУЗЕЯ ПОЛИТИЧЕСКОЙ ИСТОРИИ РОССИИ Вы соглашаетесь с тем, что мы обрабатываем ваши персональные данные с использованием метрических программ.   Подробнее

Понятно